На первый гонорар я купил маме пальто, чтобы она не мерзла в своем залатанном жакете. Легенде футбола 77 лет

52 года назад в армянском футболе была написана история, которая стала для поколений примером требовательности к себе, стремления, перемен, покорения новых вершин. Ереванский футбольный клуб «Арарат» изменил ход армянского футбола, оставив в истории золотые имена, среди которых – «самый армянский» украинец — выступавший под легендарным номером 7 СЕРГЕЙ БОНДАРЕНКО, автор рекордных 392 матчей и 32 забитых мячей. «До того славного года мы за пять лет «погасили долги» «Арарата» за все годы поражений», – с гордостью констатирует легенда.

Спустя 52 года Сергей Бондаренко всё такой же энергичный, жизнерадостный. Да, годы — 77 лет — просто прошли мимо легенды, не оставив никаких следов, кроме счастья. «Цифра 7 стала для меня символичной, это число моей истории успеха, сегодня я, по сути, носитель трёх семёрок», – гордится он.

Футболист, выросший и живший в Армении, и сегодня с благодарностью говорит:

— Я благодарю Бога каждый раз, когда жил с армянами, что сегодня, как и каждый армянин, скучаю по Армении. Мы приехали в Армению в 1952 году, когда мне было 4 года. Я учился в ереванской школе № 77, затем окончил Государственный институт физкультуры.

«К нам во двор пришли футбольные болельщики и стали подбрасывать мою маму в воздух»

— Как футбол вошел в вашу жизнь?

– В те годы в каждой школе была своя команда. Я играл за школьную команду. Поступил в футбольную школу, где моим тренером был Чаликян. Наша команда участвовала в чемпионате СССР среди школьников, который проходил в Белоруссии. Мы победили. Потом я играл за команду завода «Аракс», которая играла в группе Б чемпионата Армении. В то время тренером «Арарата» был Артём Фалян, он взял меня в дублирующий состав. Первый гол я забил в ворота «Кайрата» Алма-Аты, когда Фалян выпустил меня на поле вместо Заназаняна.

Еще в детстве я решил, что когда-нибудь обязательно стану знаменитым, что подарю своей измученной маме слезы гордости. И неслучайно на свой первый гонорар я купил маме пальто, чтобы она больше не мерзла в своем залатанном жакете…

— Каким вы помните тот славный 1973 год?

— До того славного года мы за пять лет «погасили долги» «Арарата» за все годы поражений. Мы одержали победу над московскими клубами. Около трех лет мы были чемпионами Москвы. Честно говоря, москвичи на стадионе болели за нас. В выездных матчах мы всегда побеждали.

После кубкового матча в Москве мы не вернулись в Ереван, а поехали в Донецк на очередной матч чемпионата с «Шахтёром». И здесь дело дошло до пенальти. Мы выиграли. Мы вернулись в Ереван обладателями Кубка СССР и лидерами Высшей лиги.

В аэропорту собралось море людей. Из всех районов республики люди добровольно приехали туда. Моя мама рассказала, что после того, как мы выиграли кубок, к нам во двор пришли футбольные болельщики, они стали подбрасывать мою маму в воздух. Она испугалась. Об остальном было много сказано и написано, это поколение не забыто.

— Вы футболист «Арарата», сыгравший наибольшее количество матчей-392. — Вы — игрок, сыгравший больше всего матчей за «Арарат» — 392. Вы играли без замены пять лет. Были ли у вас приглашения из других команд?

— Конечно, были, особенно из украинских клубов, которых было много в турнирной таблице и которые занимали лидирующие позиции. Я уехал из «Арарата» на две недели. Когда Фалян отправился тренировать «Зенит» (Ленинград), он взял с собой нескольких членов нашей команды. Взял и меня. Честно говоря, я пробыл в «Зените» две недели. Не сказав ничего Фаляну, не поставив его в известность, я тайком вернулся в Ереван.

— В чём залог вашего успеха как в спорте, так и в человеческих отношениях?

— Самое правильное-это целеустремленность и преданность делу, вы должны очень любить то, чем занимаетесь. Правда, в моём случае я больше люблю свою жену, а футбол я уважаю. Залогом моего успеха, пожалуй, стали целеустремлённость и то, что я не опускал руки ни на мгновение. Нужно стиснуть зубы и победить. Поэтому человека и называют сильным. Успех исходит от твоей силы, всегда нужно думать: если не ты, то кто это сделает?

«Мечтаю о возвращении Советской Армении»

— Кто не может быть вашим другом?

— Моим другом не может быть человек с плохими мыслями. Мой друг должен быть доброжелательным в первую очередь.

— А кто тот человек, который знает все ваши секреты?

— Больше всего, если не ошибаюсь, — это моя жена. Мы 2 года назад отметили пятидесятилетие свадьбы, прожили такую ​​долгую жизнь. Между нами нет секретов, потому что мы разговариваем. Мы не сидим у телевизора, не глядя друг на друга. Мы разговариваем, а не строим планы. Просто можем в течение дня поговорить друг с другом о том, как скучаем по детям, о повседневных заботах.

– Что вас может расстроить? Когда вы плакали в последний раз?

– Когда я теряю близкого человека или вижу несправедливость, с которой не могу справиться, это выше моих сил. Я испытываю невыносимую боль, когда человека оскорбляют или обижают.

— Учитывая ваш опыт, жизненный опыт, вашу биографию, ваши успехи, можете ли вы сказать, что нужно сделать, чтобы любовь никогда не старела и не исчезла?

— Люди думают, что любовь рождается из повседневного приготовления пищи или рождения ребенка. Нет, любовь — это когда знаешь, что она дарит тебе свет Божий. Именно так я представляю себе любовь: это свет Божий. Секрет любви — в доброте. Когда человек добрый, с ним очень легко жить.

— Какую последнюю книгу вы прочитали?

— Я десять лет был директором книжного магазина на Проспекте, это был магазин «Сказка». Я не из тех, кто может встать и сказать: «Я прочитал «Войну и мир». Я обожаю читать о Ширазе и Высоцком, я их поклонник. Для меня они оба — недостижимая вершина.

— О какой Армении вы мечтаете?

– Мечтаю о возвращении Советской Армении. В то время, когда я работал в книжном магазине, по ночам выстраивались очереди, чтобы купить Шираза или сказки Ованеса Туманяна, не говоря уже о подписных изданиях. Вот такие образованные были люди в Советской Армении. В то время воспитывали поколение и создавали культуру такие люди, как Арно Бабаджанян, Фрунзик Мкртчян, Сос Саргсян, Роберт Амирханян, Жан Ншанян, Шаке Тухманян, и каждое их слово нужно было ловить на лету.

Я сблизился с Ширазом, это счастье. Люди мечтали поздороваться с Ширазом, а я ходил к нему в гости. Я украинский парень, но мне выпала честь бывать у них в гостях. Хочу сказать, что я общительный человек. У меня были знакомые практически во всех сферах. Сейчас, к сожалению, я смотрю, а уже даже из моих лучших друзей Коваленко и Заназаняна нет.

Я мог позвонить в два часа ночи и сказать: «Ованес джан или Сурен джан, мне не спится, давай выпьем кофе». А теперь разве можно позвонить в час ночи? Скажут, что сошел с ума. Друзей еще у меня много, но все же их постепенно становится меньше. Осталось трое-четверо одноклассников, двое друзей детства. Атмосфера изменилась. Все сидят с телефонами — скажем, сидят шесть человек, все шестеро разговаривают по телефону, играют в игры, ты не участвуешь. Я так не могу.

– И последний вопрос: о чём вы сожалеете, оглядываясь назад? Есть что либо такое?

– Я сожалею, что оказался в Соединённых Штатах. Это было не моё место. Я со своим образованием, таких замечательных людей оказался среди этих невежественных упырей и зверей. Что для меня Америка? Америка – это не моё место. Я никогда в жизни не любил в одиночку под кроватью есть бутерброд, чтобы никто не видел. Здесь же, в Армении, был сформирован абсолютно правильный человеческий образ жизни. Когда я к часу ночи хожу к зданию Оперы, чтобы посидеть там в парке, то вижу, как около озера армянская молодая женщина гуляет с ребенком в коляске. Ни в одной стране мира нет такого…

Илона АЗАРЯН